SEACONTACT

В.С. Шиплецов

Айсберг «прессует» «Башкирию»

В ноябре 1974 г. «Башкирию» снаряжали для смены зимовщиков 19-й антарктической экспедиции и доставки персонала 20-й. Опыт плавания в заполярье для капитана Балашова ограничивался круизными рейсами в Норвегию и к Шпицбергену, и потому Евгений Константинович обратился к капитанам новороссийских  танкеров, обеспечивавших в районах промысла китобойные флотилии. Никто из коллег не откликнулся, Балашов так и не добыл рейсовых отчетов и рекомендаций. Тогда Балашов написал письмо в Москву Ману, бывшему своему капитану, у которого служил вторым помощником на «Победе». Ман еще в 30-е ходил Северным морским путем, столбил первые станции в 1955-1956 на «Оби» и накопил недюжинный  опыт работы высоких широтах.

«Башкирия» стояла в доке №3 Одесского СРЗ-1, когда с крыла мостика Балашов увидел на стапель - палубе Ивана Александровича Мана. Легендарный Ман, которому шел 71-й год, прикатил из Москвы и карабкался на башню плавдока.

«Я получил письмо и решил, что лучше будет поговорить глаза в глаза, - сказал Ман. – Когда ты оторвешься от Кейптауна, тебя будет швырять нещадно, голова – ноги, как говорится, сначала ревущие сороковые, потям вопящие пятидесятые вынут душу… Погоды нет, горизонта нет, не определиться. Спасением будет островок Херт. Он неприметен, покрыт льдом, но розоватого оттенка, поэтому и отличается от айсбергов: те ил зеленоватые, или с голубизной ».

Почему розоватый? Возможно, именно закованные в ледовый панцирь скалы придают такую тональность.

«Башкирия» вышла в рейс 13 января 1974 года. Ей действительно на пароходе досталось, качало по-взрослому, на Балашов угадал, отыскал в поземке спасительный остров Херт и определился, вышел – таки на меридиан.

Когда выгрузили на припай «Мирного» экспедицию, занялись пополнением запасов пресной воды.

У ледника Эймери образовалось озерцо талой воды. Снарядили на берег бригаду из матросов и мотористов, ее возглавил опытный полярник, выгрузили мотопомпы, шланги. «Башкирия» стояла, уткнувшись носом в четырехметровый ледяной барьер, и подрабатывала машиной на малых ходах. С бака на лед подали шторм – трап и закрепили, чтобы в случае форс – мажора отойти, вырвав шторм – трап из костылей. За борт вывалили дежурный мотобот, он висел на шлюп – талях с запущенным на холостом ходу двигателем – все по рекомендациям Мана. Бригады менялись каждые 4 часа. В дневное время работа ладилась, но с ночи погода стала портиться. С ледяного купола Антарктиды сорвался стоковый ветер, резко упала температура воздуха, начало работать течение. В 04 полярник пришел на судно, чтобы волк завтракал в столовой команды, приливным течением прибило массивную льдину, в десятки раз больше судна, она надавила на левый борт и стала швартовать «Башкирию» правым бортом к ледяному барьеру.

«Рубить шланги, отходим!» - скомандовал Балашов.

Полярник услышал команду по трансляции и побежал к носу. Когда он находился на середине шторм – трапа, теплоход, работая задним ходом, дал натяжку, костыли были вырваны, зависший полярник ударился о корпус судна, не удержался и свалился в ледяную воду. Сыграли тревогу «Человек за бортом», смайнили мотобот, и уже через несколько минут подняли пострадавшего. Он даже не простудился, доктор смазал синяки, и полярник ринулся добывать воду.